3 заметки с тегом

принципы

Что такое «прёт» и как вернуть это состояние

Я люблю говорить, что меня прёт работа, лошади или что-то еще. И это правда так. Например, в работе у меня ничего не выходит с первого раза, но сам процесс так нравится, что готова пробовать снова и снова. Это такое состояние влюбленности и потока, когда чувствуешь в себе энергию. Я иначе описать не могу.

А вот недавно заболела, приуныла, стала ходить по обследованиям и словила апатию. Так-то я всё делала: писала статьи, выполняла планы, гуляла, улыбалась, общалась, — но энергии вообще не было. Ничего не хотелось и не нравилось то, что делаю. Для меня это самое страшное состояние, ведь по натуре я деятель. Лучше бы злилась и писала всем едкие комментарии. Когда злюсь, всё обычно получается, внутри просыпается особый злой азарт. А быть в апатии — это ад. Любое слово, неудача или критика ранит и опускает в апатию еще глубже.

Я стала думать, что же такое — «прёт» и как вернуть это состояние. Пока состояние не переведешь из чувств на сознательный уровень, не можешь его понять, контролировать и повторить. А отрефлексировать можно практически всё. Но просто думать и понимать я не могу, у меня это происходит на примитивном уровне. Я понимаю все сложные штуки, когда что-то делаю руками или физически: езжу верхом или на велике, жму штангу, рисую или чищу денники у лошадей. Я насильно потащила себя в спортзал.

Это был первый раз за три месяца, когда я пришла в «качалку». В начале лета я упала с лошади, сильно ушибла плечо, рука не поднималась и болела. Я каталась на велике и лошадях, а в зал не могла. А до этого я ходила туда по два-три раза в неделю года два подряд. Мне нравятся силовые нагрузки. После них ощущаю тело сильным, а себя — красивой.

Я никогда не гналась за весами, но приседала с 30 кг, а в хамере на каждую руку спокойно могла жать 10—12 кг. Вчера мне всё давалось с трудом. Травмированная рука даже два кг поднимала с трудом. Первое упражнение показалось адом, хотелось все бросить и уйти. Но тренер стоял рядом и строго поглядывал. Начала опять с маленьких весов. Где-то на третьем упражнении я словила кайф и «прёт».

«Прёт» в силовых нагрузках было таким: ты начинаешь что-то делать, идет тяжело, мышцы болят, но каждый раз видишь, что тело становится сильнее и лучше. Плечи расправляются, прежние нагрузки кажутся легкими. Когда мышцы перестают болеть, я понимаю, что тело привыкло к нагрузкам. Я уже не двигаюсь вперед, а только поддерживаю прежний результат. Когда перестали болеть мышцы от велика, я стала даже на подъемах ездить на восьмой или девятой скорости, не снижаться. Конечно, не обязательно постоянно повышать нагрузку, но мне это нужно иногда, чтобы почувствовать сильной, а не мямлей.

Одной боли для состояния кайфа недостаточно. Важно замечать момент изменений. Я называю это калибровкой: я сравниваю, что было в начале и что теперь. Недаром в  инстаграме так популярны фотки «до» и «после». Человек видит, что три месяца назад был полным и бесформенным, а теперь он чуть похудел, стали проступать мышцы. Да, еще неидеально, но результат уже есть. Вот тут и появляется это чувство, что «прёт»: тебе тяжело, но ты знаешь, что движешься в нужном направлении и от этого кайф. Причем, будет тяжело еще долго, но тебе все равно кайф, ты готов бороться.

Сегодня с утра у меня болели все мышцы, я с трудом могла ходить, а в седло села вообще с третьего раза. Но от того, что я себя победила, настроение стало лучше.

Всё это можно переносить на любую сферу, например, в работу. В начале работы в редакции Модульбанка мне было жутко тяжело, та же «боль в мышцах», только моральная. Я каждый раз вспоминаю анонс в рассылку из десяти строк, который я не могла написать. Я переписывала раз десять, и каждый раз Люда Сарычева давала комментарии. Я ведь уже отучилась две ступени Школы редакторов, а тут такое. Но цель была научиться, поэтому я переписывала раз за разом. А о статьях тогда и вспоминать страшно. Но потом был момент, когда опубликовала первую статью, и Люда написала об этом пост в фейсбуке. Я знала, что статья слабая, но мне было офигенно. Я подумала, что всё не зря, и тут же начала думать над другой статьей. На манер спортзала мне хотелось увеличить себе нагрузку тут.

В апатии мне очень сложно, когда ото всюду сыпятся только отрицательные сигналы или сплошь критика. Кажется, что всё плохо, ничего не выходит. Тогда я учусь калибровать сама. Например, я смотрю, как писала раньше и как сейчас, как раньше сидела на лошади и как сейчас. Еще я иногда пристаю к тем, кого считаю авторитетами и своими наставниками: к Люде — по работе или к Галине Викторовне — по верховой езде. Я прошу дать оценку тому, что делаю, сказать о слабых и сильных сторонах. Главное, обращаться к тому, кто не станет критиковать специально, ради критики или ради смеха.

Я заметила, что в апатии энергию надо подключать сразу с нескольких сторон. Я начинаю ходить в зал и на рисование, больше общаюсь с людьми, езжу к лошадям. Так успехи с разных сторон вытягивают из болота.

Чтобы вернуть состояние, когда прёт и энергии через край, в целом схема такая:
— заставить себя что-то делать, например, сходить в спортзал или осваивать новый формат статьи;
— не бросать, если появилась боль — в мышцах или моральный дискомфорт. Такая боль это хорошо;
— отмечать, а лучше записывать успехи, даже мелкие;
— увеличивать нагрузку, если стало легко и неинтересно.

Я банальные и простые вещи пишу, но для меня работают. Еще есть хороший способ — пойти к психологу, но это долгая работа и за один раз облегчения не дает.

Тут на фотке меня прёт, по лицу видно, глаза горят. Это я недавно поехала кататься на велике, попала под дождь, промокла. Спряталась в какой-то подворотне, переждала дождь и опять поехала кататься. Хочу быть такой, а не унылой

2017   правилажизни   принципы   рефлексия

Делай как крутой

Это еще один принцип, по которому я живу и который для меня работает. Он пришел из вождения машины. У меня странно выходит, что правила жизни вырастают не там, где должны: то из верховой езды прут, то откуда-то еще. Уже смирилась.

Так вот. Лет десять назад я получила права, но выезжать в город боялась. У меня даже машина была — синий хюндай гетц с желтым знаком новичка на заднем стекле. И мне казалось, что я должна где-то научиться круто ездить и только потом поехать в город. В итоге панически боялась руля.

Один молодой человек взялся за меня и прежде всего сказал: «Понимаешь, ты не должна ждать, что однажды станешь крутой. Начинай ездить так, будто ты уже крутая. И, ради бога, сними этот желтый знак, он тебя позорит». Потом он разъяснил, что надо просто брать и ехать, будто так и надо. Пусть медленно, мало ли какие у меня причины. Ладно, правой полосе — может я не тороплюсь, просто катаюсь. На утро желтый знак таинственно исчез с моей машины.

И стала ездить. Сначала выезжала поздним вечером и просто каталась по городу. Я запоминала маршруты, чтобы потом, когда буду уже совсем как крутая, быстро объезжать пробки. Потом стала выезжать в город и специально напрашивалась на пробки. Я не ездила только правыми поворотами, как учат новичков. Не надо мне легкой жизни: надо повернуть — поверну, надо развернуться — развернусь. Узкое место для параллельной парковки — ну что делать. Пусть всё делала коряво и боялась, но каждый день я ездила чуть лучше.

Я частенько попадала в ситуации, когда вдруг глохла или не могла проехать. Оказалось, что так случается у всех, даже у матерых мужиков, которые двадцать лет за рулем. Не все сразу могут припарковать параллельной парковкой или проехать в узком месте. Кажется, года не прошло, как я первый раз поехала в Москву. Я боялась, честно, потому что это же вон где — Москва, а я кто. Руки дрожали, но что делать — поехала. Опять по тому же принципу — ехала так хорошо, как могла. Теперь мне даже кажется, что в Москве ездить легче, чем в Туле. Правда, порядка больше, разметка везде, больше пропускают.

Теперь не боюсь никаких городов, полей или лесов. Но это не отменяет, как и все, попадаю в аварии, глупые ситуации или кто-то показывает мне фак из соседней машины.

Так же у меня во всём, особенно в работе. Я не считаю, что надо ждать, чтобы что-то начать делать. Год назад решила, что стану редактором. Я поняла, что раз таланта у меня нет, придется много фигачить. Я не хотела ждать, что когда-то там доучусь в Школе редакторов и тогда уже могу явить себя миру. Нет, где мне столько времени взять. Я страстно хотела быть редактором и фигачила прямо в процессе. Смотрела, что делают другие, повторяла. Каждый день, видела, как плохо писала вчера. Но я все делала настолько, насколько могла. Новый проект — ок, возьмусь. Никогда такого не делала — ну ладно, разберусь. Не получится, опозорюсь — да, буду переживать, но вдруг получится.

Конечно, мой метод так себе и у него много слабых мест. Кто-то покажет одну сильную работу, у меня будет три слабых, две средних, одна какая-нибудь еще. Я делаю много ошибок, переписываю, переделываю. Помню, как переписывала раз десять анонс к рассылке из нескольких предложений. Тогда я уже прошла большую часть Школы и думала: «Черт возьми, какой же я редактор-то». Посидела, поразочаровывалась в себе и посомневалась, и начала заново. При моем подходе попадаешь на критику. Но я спокойно принимаю, когда меня критикуют крутые люди из моей области. Даже прошу их об этом и рада, хотя и расстраиваюсь сначала. (А от всех остальных меня прямо трясет)

Я к тому, что можно сидеть до бесконечно и ждать, пока станешь крутым. Стыдно же, кругом все такие молодцы, а ты выйдешь такой никчемный. Ну да, неприятно. Но ведь большие гантели тоже не сразу тягают, сначала с маленьких или вообще голую штангу берут. Так же и тут.

А еще, для себя это крутости ты никогда не достигнешь. Я каждый день смотрю на то, что делала вчера и думаю: «Боже мой, ужас». Ну и что, наделаю ошибок, зато научусь, прокачаюсь, узнаю как, сделаю. Но не хочу однажды достичь какой-то там планки и остановиться. Не-не.

Это я, воображаю, что крутая

2017   правилажизни   принципы

Упал — сразу сядь в седло

Это мой принцип не только в верховой езде, а вообще во всём. Когда упал, очень хочется начать себя жалеть, раскиснуть и пойти пешком. Особенно, если упал больно. Но нет, надо побить себя по щекам и сразу сесть в седло. Иначе возникнет панический страх и уже никогда не сядешь. Конечно, геройствовать не надо, и если сломана рука или нога, надо в травмпункт. Но, в целом, правило такое.

Я падала с лошадей за все 11 лет раз семь, три раза серьезно с травмпунктом и синими руками и ногами. Последний раз — две недели назад. Упала на плечо и было так больно, что я каталась по земле и плакала. Тренер меня ощупала, убедилась, что, скорее всего, перелома нет, пересадила на свою лошадь. Мы ехали через лес, поэтому никаких поблажек у меня не было. Перед глазами «летали птички», плечо болело, но мне нужно было держать лошадь и прыгать с ней через бревна.

После тренировки я, конечно, страстно начала себя жалеть, возить по травмпунктам. Рука до сих пор болит, даже когда много печатаю. Но я уже начала выезжать на велике и не дождусь, когда рука снова разрешит сесть в седло. Снова сесть не боюсь, потому что не помню само падение, а только то, что я вновь села в седло и поехала. Я помню, что справилась.

Так я поступаю всегда, даже в работе. Если я долго общалась с экспертом, выуживала детали, писала текст, потом переписывала, а текст никому не понравился, я расстраиваюсь. Я думаю, что плохой редактор и автор, и для меня это тоже падение. Иногда сильно расстраиваюсь и закрываю ноутбук. Но тут самое главное не раскиснуть. Через несколько минут или после прогулки я беру этот или другой текст и начинаю всё заново. В конце концов текст получается, и я помню не момент, когда всё было плохо, а как я начала заново. Это лучше любого мотиватора.

После каждого падения, лошадиного или жизненного, я обдумываю, почему так случилось. С лошади никогда не упадешь просто так, но это уже другая история.

2017   лошади   принципы   редактура