Безжалостная Ирина

Про всё подряд: лошади, переговоры, редактура и то, что бесит или радует. А вообще я — редактор.

Я в Facebook: https://www.facebook.com/irina.usichenko
Канал в телеграме: https://telegram.me/irinausichenko
Мое портфолио: https://irinausichenko.ru

Что отвечать на бесполезную критику

Вот бывает, начинают критиковать: «Статья плохая», «Ой, что-то тут структуры не хватает» или «А тут ты облажалась». Я раньше сильно расстраивалась, дескать, вдруг они правы, а я плохоооой редактор. А потом я устала волноваться и подумала, что мне от такой критики никакой пользы. Я ведь даже не знаю, что человек хочет сказать. Может, ему и сказать нечего, просто день плохой, болит что-то, или хулиган поцарапал машину и скрылся.

Теперь я отвечаю так: «Спасибо. Напиши, пожалуйста, что именно ты бы улучшил? Как бы сделал ты?». Обычно на это я слышу: «Ок, напишу», — а потом человек пропадает на месяцы и годы. На моей памяти еще никто не возвращался. Метод не новый, конечно, но работает.

На душе у меня сразу спокойнее, потому что я вижу полезную критику и всё остальное. Если человеку есть, что сказать, он вряд ли будет писать едкие фразы в своем блоге или обобщающие фразы в комментариях. Он скажет по делу:

«Ты знаешь, есть еще один закон, он дополняет первый. Лучше его тоже учесть».
«Мне кажется, заголовки сейчас неинформативные. Я бы сделал так, но ты как хочешь».
«Тут нужна запятая».
«Интересная статья, но вот было еще такое судебное дело. Оно противоречит тому, что вы написали. Как быть с этим?».
«Мне было тяжело прочитать этот кусок, слишком много новых сущностей. Мне кажется, нужно сначала объяснить их вот так...».

Вот это конкретно. Я понимаю, что не  так, что могу поправить или над чем поразмыслить.

14 сентября   критика   редактура

Когда Кэмп летит к чертям

Весь Кэмп, его техники переговоров, разряженные ружья, травление лески, «быть не в порядке» летит к черту без искренности и настоящей заинтересованности в другом человеке.

В мою сторону иногда кэмпят так, что зубы сводит. Произносят заученные фразы, хотят казаться милыми и чуть неловкими, а еще это: «Ты всегда можешь отказаться, ничего страшного». Я зверею, потому что за этим нет души. Кто-то сказал этому человеку, что такие фразы работают, и он их упорно повторяет. До меня ему и дела нет, заботиться обо мне не хочет, а только что-то получить. Так почему я должна что-то делать и помогать, не хочу и не буду.

Лучше бы человек просто вежливо объяснил суть дела: «Привет, ситуация такая, сможешь сделать и помочь?». Я бы что-то сказала или даже помогла. Но хотя бы не чувствовала, что мной манипулируют.

Я не хочу сказать, что методика Кэмпа плохая. Нет, она офигенная и работает. Я изучала Кэмпа в Школе редакторов, и мне стало намного легче общаться, договариваться и проводить встречи. Я наконец стала чувствовать себя уверенно на встречах. Но всё идет хорошо, когда я искренне интересуюсь другим человеком и его проблемами. Если мне неинтересно, всё летит к чертям. Я становлюсь фальшивой, неловкой, и мне тошно от самой себя, фу.

Я знаю, откуда этот шаблонный подход в переговорах берется. Учеба — это всегда модель, преувеличенная и шаблонная. Нельзя вызубрить формулировки, произносить их в нужном порядке и выигрывать переговоры. Тебе дают алгоритм, а ты его пробуешь в жизни: что-то дописал, что-то убрал, где-то изменил фразу. Ведь в Школе тоже говорили про настоящий интерес к собеседнику, но этому нельзя научить, нет специальных фраз и аутотренингов. Поэтому зазубренные фразы в памяти остались, а об искренности многие забыли.

Шаблон — это хорошая штука, но его недостаточно для успешных переговоров. Вот говорят, что звонить холодными звонками по скрипту — плохо. Дескать, будет продажник как робот разговаривать, что хорошего-то. Пусть звонит, как хочет. Так ведь нет, скрипт — работающий сценарий разговора, тот же самый шаблон. Продажник позвонил тысяче клиентов и понял, как и когда лучше говорить, что ответить, как убедить. Он не говорит заученными фразами. Он знает, как вести разговор, к каждому клиенту находит свои подход и слова. Но без искренности и это не работает. Когда разговариваешь с хорошим продажником, кажется, что он правда хочет тебе помочь, вникает в проблемы и ищет решения.

Когда я работала в найме, частенько звонила холодными звонками. Нужно было назначать встречи с директорами по маркетингу или владельцами бизнеса. За назначения встреч неплохо доплачивали, и я иногда этим пользовалась. Сначала вообще ничего не выходило: вроде говорю правильно, но секретарь не пропускает или сам ЛПР трубку вешает. Потом я изменила подход: стала звонить только тем компаниям, с кем искренне хотела работать. Я горела каждой компанией, узнавала все про них, смотрела, чем интересуются в соцсетях их директора. Одного директора по маркетингу я вызванивала полгода, и потом всё равно назначила встречу. До сих пор с некоторыми директорами у меня остались хорошие отношения.

Ну правда, лучше выкинуть Кэмпа нафиг, пока не научишься быть искренним. Я заметила, что искренность и интерес возникает, когда горишь делом или человеком, не боишься что-то вложить свое и себя растерять. А когда думаешь «вы мне должны» или «хочу получить», фигня выходит. Ну правда, хватит уже этих вялых нарочитых похвал в начале сообщений, формального травления лески, зубы же болят от всего этого.

14 сентября   переговоры

Что такое «прёт» и как вернуть это состояние

Я люблю говорить, что меня прёт работа, лошади или что-то еще. И это правда так. Например, в работе у меня ничего не выходит с первого раза, но сам процесс так нравится, что готова пробовать снова и снова. Это такое состояние влюбленности и потока, когда чувствуешь в себе энергию. Я иначе описать не могу.

А вот недавно заболела, приуныла, стала ходить по обследованиям и словила апатию. Так-то я всё делала: писала статьи, выполняла планы, гуляла, улыбалась, общалась, — но энергии вообще не было. Ничего не хотелось и не нравилось то, что делаю. Для меня это самое страшное состояние, ведь по натуре я деятель. Лучше бы злилась и писала всем едкие комментарии. Когда злюсь, всё обычно получается, внутри просыпается особый злой азарт. А быть в апатии — это ад. Любое слово, неудача или критика ранит и опускает в апатию еще глубже.

Я стала думать, что же такое — «прёт» и как вернуть это состояние. Пока состояние не переведешь из чувств на сознательный уровень, не можешь его понять, контролировать и повторить. А отрефлексировать можно практически всё. Но просто думать и понимать я не могу, у меня это происходит на примитивном уровне. Я понимаю все сложные штуки, когда что-то делаю руками или физически: езжу верхом или на велике, жму штангу, рисую или чищу денники у лошадей. Я насильно потащила себя в спортзал.

Это был первый раз за три месяца, когда я пришла в «качалку». В начале лета я упала с лошади, сильно ушибла плечо, рука не поднималась и болела. Я каталась на велике и лошадях, а в зал не могла. А до этого я ходила туда по два-три раза в неделю года два подряд. Мне нравятся силовые нагрузки. После них ощущаю тело сильным, а себя — красивой.

Я никогда не гналась за весами, но приседала с 30 кг, а в хамере на каждую руку спокойно могла жать 10—12 кг. Вчера мне всё давалось с трудом. Травмированная рука даже два кг поднимала с трудом. Первое упражнение показалось адом, хотелось все бросить и уйти. Но тренер стоял рядом и строго поглядывал. Начала опять с маленьких весов. Где-то на третьем упражнении я словила кайф и «прёт».

«Прёт» в силовых нагрузках было таким: ты начинаешь что-то делать, идет тяжело, мышцы болят, но каждый раз видишь, что тело становится сильнее и лучше. Плечи расправляются, прежние нагрузки кажутся легкими. Когда мышцы перестают болеть, я понимаю, что тело привыкло к нагрузкам. Я уже не двигаюсь вперед, а только поддерживаю прежний результат. Когда перестали болеть мышцы от велика, я стала даже на подъемах ездить на восьмой или девятой скорости, не снижаться. Конечно, не обязательно постоянно повышать нагрузку, но мне это нужно иногда, чтобы почувствовать сильной, а не мямлей.

Одной боли для состояния кайфа недостаточно. Важно замечать момент изменений. Я называю это калибровкой: я сравниваю, что было в начале и что теперь. Недаром в  инстаграме так популярны фотки «до» и «после». Человек видит, что три месяца назад был полным и бесформенным, а теперь он чуть похудел, стали проступать мышцы. Да, еще неидеально, но результат уже есть. Вот тут и появляется это чувство, что «прёт»: тебе тяжело, но ты знаешь, что движешься в нужном направлении и от этого кайф. Причем, будет тяжело еще долго, но тебе все равно кайф, ты готов бороться.

Сегодня с утра у меня болели все мышцы, я с трудом могла ходить, а в седло села вообще с третьего раза. Но от того, что я себя победила, настроение стало лучше.

Всё это можно переносить на любую сферу, например, в работу. В начале работы в редакции Модульбанка мне было жутко тяжело, та же «боль в мышцах», только моральная. Я каждый раз вспоминаю анонс в рассылку из десяти строк, который я не могла написать. Я переписывала раз десять, и каждый раз Люда Сарычева давала комментарии. Я ведь уже отучилась две ступени Школы редакторов, а тут такое. Но цель была научиться, поэтому я переписывала раз за разом. А о статьях тогда и вспоминать страшно. Но потом был момент, когда опубликовала первую статью, и Люда написала об этом пост в фейсбуке. Я знала, что статья слабая, но мне было офигенно. Я подумала, что всё не зря, и тут же начала думать над другой статьей. На манер спортзала мне хотелось увеличить себе нагрузку тут.

В апатии мне очень сложно, когда ото всюду сыпятся только отрицательные сигналы или сплошь критика. Кажется, что всё плохо, ничего не выходит. Тогда я учусь калибровать сама. Например, я смотрю, как писала раньше и как сейчас, как раньше сидела на лошади и как сейчас. Еще я иногда пристаю к тем, кого считаю авторитетами и своими наставниками: к Люде — по работе или к Галине Викторовне — по верховой езде. Я прошу дать оценку тому, что делаю, сказать о слабых и сильных сторонах. Главное, обращаться к тому, кто не станет критиковать специально, ради критики или ради смеха.

Я заметила, что в апатии энергию надо подключать сразу с нескольких сторон. Я начинаю ходить в зал и на рисование, больше общаюсь с людьми, езжу к лошадям. Так успехи с разных сторон вытягивают из болота.

Чтобы вернуть состояние, когда прёт и энергии через край, в целом схема такая:
— заставить себя что-то делать, например, сходить в спортзал или осваивать новый формат статьи;
— не бросать, если появилась боль — в мышцах или моральный дискомфорт. Такая боль это хорошо;
— отмечать, а лучше записывать успехи, даже мелкие;
— увеличивать нагрузку, если стало легко и неинтересно.

Я банальные и простые вещи пишу, но для меня работают. Еще есть хороший способ — пойти к психологу, но это долгая работа и за один раз облегчения не дает.

Тут на фотке меня прёт, по лицу видно, глаза горят. Это я недавно поехала кататься на велике, попала под дождь, промокла. Спряталась в какой-то подворотне, переждала дождь и опять поехала кататься. Хочу быть такой, а не унылой

Тула: суровость и Лев Толстой

Я живу в Туле всю жизнь. Недавно я что-то искала в интернете и наткнулась на пост Артемия Лебедева о Туле. Посту десять лет, и всё в нем правда: Тула такой и была, дыра дырой. А потом нашла новый июльский пост о нашем городе и расстроилась. В нем про Тулу опять почти ничего хорошего, хотя город сильно изменился. У нас больше не дыра: отремонтировали почти все дороги, открылось много приятных местечек, восстановили парки и стало модно заниматься спортом.

Мне неприятно, что Тулу будут воспринимать по посту десятилетней давности. Поэтому решила написать серию статей. Мало ли, вдруг кто-то приедет в Тулу в командировку или в гости и не будет знать, чем тут заняться. Сегодня расскажу про настроение города. А в следующем — подробнее, куда сходить и где поесть.

Всё, что я напишу, — мое мнение. Может, эти места нравятся мне, а кому-то там будет плохо. Мне трудно быть объективной, ведь я тут выросла. Вдруг у меня щемит сердце от какого-то места, потому что там случились первый поцелуй или самая вкусная шаурма. Вру, самая вкусная шаурма — в Стамбуле.

Два бренда Тулы

На мой взгляд в Туле есть два негласных бренда — суровость и Лев Толстой. Но оба они не то, чем кажутся на первый взгляд. Давайте — про каждый.

Тульская суровость

Когда кто-то едет в Тулу, ему обычно говорят: «Осторожнее, там такие суровые люди». Мне об этом не раз рассказывали. Люди готовятся испытать суровость в каждом взгляде, но по приезду ничего такого не находят. Но это сейчас, а раньше Тула правда была суровой, а люди — угрюмыми. Я думаю всё идет из истории.

Тула — это пряники, самовары, оружие, ТТ, Ясная поляна, а еще песня «Тула веками оружие ковала». Памятники у нас суровые: три штыка, танки, военные машины. А еще — сбитый фашистский самолет, который так не понравился Артемию Лебедеву.

Тула — город-герой, фашисты в город так и не вошли. Говорят, их отбили на подступах к городу кто чем мог: лопатами, вилами, самодельным оружием. Но я плохо знаю историю, утверждать не могу. В Туле много закрытых заводов, где делают что-то военное. Мне кажется, всё это отразилось в характере людей и города.

Сейчас суровость если и осталась, то в мелочах: названиях мест и ресторанов, сувенирах, привычках людей. Эти мелочи мне кажутся милыми. Как вот любишь человека, а он макароны втягивает громко, но ты думаешь: «Ну и пусть втягивает, прикольная особенность». А кто другой начнет втягивать, думаешь: «Фу, ужасно». Так и с Тулой.

Тульский лофт называется «Ликёрка». Он находится на территории бывшего ликеро-водочного завода. Напротив него, через дорогу, памятник Толстому. Кажется, Толстой бодрым шагом идет на Ликерку. Я помню, как в детстве и школьные годы назначали встречи: «Давай у Ликерки встретимся» или «Встретимся у Толстого, который идет за ликером».

Толстой идет на Ликерку

Если бы Толстой дошел, он увидел бы приятный закуток с магазинами, кафе и гуляющими людьми:

Десять лет назад, как раз когда Лебедев писал свой первый пост, это был загнивающий завод с уродливыми воротами. Завод не работал и портил вид города. Теперь это хипстерское местечко, где собирается молодежь. На Ликерке можно перекусить, интеллигентно посидеть на свежем воздухе, взять напрокат велосипед, безбожно напиться или купить раков. Еще — отбелить зубы и повейпить. Я даже еще не всё исследовала, потому что постоянно открывается что-то новое.

Чем заняться на Ликерке:

Кофейня «Кофекульт» — выпить кофе, перекусить сэндвичами или десертами, поработать. Около каждого стола есть розетки, а кофе можно взять с собой или выпить его на лавочке рядом.

Бар-ресторан «Стечкин»  — забрести на неожиданный концерт, виниловую вечеринку, просто выпить и поностальгировать. Стечкин так назвали в честь конструктора стрелкового оружия. Там вкусные коктейли и вообще недорогой алкоголь, а еда мне там не очень. Лучше заранее посмотреть афишу на сайте. В дни концертов Стечкин забит под завязку, а в обычные дни всегда есть свободные места за столиком или около стойки.

Не раз замечала, что люди приходят в Стечкин, чтобы интеллигентно выпить. И даже изрядно выпившие товарищи отличаются тактом: со мной не раз пытались заговорить о литературе и искусстве.

Вот какой Стечкин изнутри. Фотографию взяла с их сайта

В Олдбое — пообщаться с молодежью, выпить или надраться. В этом баре всё иначе, чем в Стечкине: громкая музыка и алкоголь рекой. Интеллигенты из Стечкина мгновенно теряют такт и пускаются во все тяжкие. Я этот бар не очень люблю, я чувствую себя старой, в основном там тусят школьники и студенты.

Раковарня «Клешня»— купить эдакова пива или сидра и раков. Раков сварят прямо при вас, а потом их можно съесть на лавочке около магазина, или купить живых и сварить дома. Правда, я никогда не видела, чтобы кто-то на лавочке ел раков. Видимо, это мое тайное желание.

Сделать тульский амулет — гвоздь, в магазинчике сувениров напротив входа в Ликерку. Носите его на шее, по ночам защищает от нечистой силы и гопников:

Велогараж — взять напрокат или купить велосипед, отремонтировать свой, поболтать с владельцами заведения и приобщиться к велосипедному движению.

Года два назад в Туле появилось велосипедное движение. Его развивает мой друг Денис Ворошнин, я его ласково называю «велосипедным бароном». Он начал продавать велики еще в суровые времена, когда модно было пить пиво на лавочке, а не педали крутить. Дэн сам очень спортивный, он подавал пример другим через социальные сети, потом начал собирать таких же спортивных ребят. Прошло несколько лет и в Туле стало модно ездить на велосипеде. Теперь раза два-три раза в год проходят велопарады.

Велосипедисты у нас тоже суровые. Во время велопарада все собираются на площади Ленина и едут вверх по проспекту. Проспект Ленина круто поднимается вверх. Нет бы съехать с него с ветерком, но велосипедисты едут в гору, потеют и даже радуются. Я тоже иногда участвую. Возглавляет парад всегда Дэн, обычно на велосипеде, но на этой фотке — на плечах:

Ну, хватит о Ликерке. Через проспект, в двух кварталах — центральный парк.

Раньше парк был суровым. Мы как-то общались с Колей Митиным, который тоже родом из Тулы, и он сказал: «В молодости мы часто зависали в парке. Пили около гнилой сцены и обсуждали свои первые сайты». Как раз лет десять назад в парке никто не стеснялся пить пиво, лес был заросшим, а по вечерам находиться там было опасно.

Сейчас парк — огромный ухоженный лес в центре города с аллеями, велосипедными дорожками, аттракционами и кафе. Гнилой сцены больше нет, ее отстроили, там проходят вечеринки «Для тех, кому за 60», бабушки и дедушки танцуют под ностальгическую музыку.

Табличек «По газону не ходить» тоже больше нет. Наоборот, в центре парка на большом газоне можно прилечь, почитать или просто помедитировать. Вечерами многие выбираются погулять с детьми или просто пообщаться. Это любимое место встреч туляков.

В парке модно заниматься спортом. Даже ночью кто-то ездит на велике или бегает. На видео я еду на велике по центру парка и показываю, что правда все очень спортивные:

Ну а кто устал крутить педали или бегать, может зайти за свежим, только что сваренным пивом в «Петр Петрович» или «Петрушку». Это два ресторана одного владельца. «Петр Петрович» — большой ресторан, а «Петрушка» — его «сынок» с открытой верандой на центральной аллее. Ресторан назвали в честь основателя парка Петра Петровича Белоусова. Мы этот ресторан называем ПП или просто Петр: «Мож в ПП, м?». Я там обычно заказываю скворчащую сковородку с мясом, луком и картошкой.

Вот так внутри ПП. Столик лучше заказывать заранее, за неделю. Попасть вечером без брони — большая удача

В парке и кое-где в городе есть велосипедные дорожки. В парке с ними всё хорошо, а вот в городе они сурово обрываются на полпути.

Велосипедная дорожка на Фрунзе. Только ты был человеком, как уже — никто: снова объезжай пешеходов

И еще немного о суровости. В Туле сохранился магазин, где продают настоящий молочный коктейль из детства. Ну помните: специальным миксером смешивали молоко, мороженое и что-то еще и разливали в граненые стаканы. Такой же готовят в «Новшестве» на проспекте Ленина 111, только стаканы пластиковые. Продавщицы там тоже из детства, в синих передниках.

За коктейлем всегда очередь, кажется, магазин живет только за счет него

Большой стаканчик коктейля — 30 рублей

Лев Толстой

Когда слышат про Тулу, кроме пряников и самоваров, обычно вспоминают еще Ясную Поляну — имение Толстого. И правда, Лев Толстой как будто постоянно наблюдает за Тулой, внезапно выглядывает из-за углов и читает морали.

Лев Толстой на трубе в Ликерке

А это Лев Толстой читает морали всем, кто идет по Ликерке из Стечкина в Олдбой. Оно и понятно, в Олдбое можно знатно надраться и таких подвигов насовершать, что и Толстой покраснеет:

Лев Толстой в Туле не то, чем кажется. В Ясной поляне, конечно, расскажут о его заслугах и метаниях, проведут по комнатам «вот здесь он сидел», «вот здесь лежал», а потом по поместью — «вот здесь он думал», «а здесь скакал на коне, а тут беседовал с новой служанкой». Но иногда Толстой в Туле становится совсем другим — неловким, с растрепанной бородой, мечтательным и даже немного хипстером.

Лев Толстой на стенах в Кофекульте на Красноармейском, 9.

В Ясную Поляну тоже обязательно нужно съездить. Мне она уже жутко приелась, но всем нравится. Я просто часто там бываю, надоела. Как кто в гости приезжает, сразу везу его в Ясную Поляну. Раньше, это был просто музей, а сейчас — культурный центр. Там проходят театральные фестивали, приезжают поэты, писатели, сценаристы со всего мира. В прошлом году приезжал Дмитрий Быков, рассказывал про «Войну и мир»:

Дмитрий Быков перед выступлением в Ясной поляне. Фотка с сайта местной газеты

Сотрудники Ясной Поляны завязывают знакомства с музеями по всему миру. В прошлом году даже делали путешествие-обмен: наши школьники ездили в Музей Марка Твена в Миссури, а школьники оттуда приезжали к нам.

Своих фоток Ясной у меня нет. Вот, нашла несколько в интернете:

Скамейка, чтобы подумать о смысле всего сущего. Взяла с сайта про туризм в России

Дом Толстого

От центра Тулы до Ясной Поляны ехать полчаса на машине и минут пятьдесят на автобусе номер 114. Входной билет в музей — 50 рублей, если ничего не изменилось. Перекусить можно в кафе «Прешпект» у входа в музей, там всякие русские блюда: картошечка с лучком и селедочкой, пирожки и крендельки.

Пишу и остановиться не могу, но уже много. В следующий раз расскажу про культурные и вкусные места Тулы. А однажды и про некультурные тоже расскажу.

19 августа   тула

Как оплата по знакам вредит проектам

Я дико злюсь, когда меня спрашивают, сколько стоит тысяча знаков статьи. Между тем, примерно четыре из десяти запросов приходят именно такими. И что удивительно — от интересных компаний. На днях человек спрашивал, как я беру оплату: за тысячу знаков, слов или как-то еще. Я не собиралась брать проект, но стало интересно. Я спросила, почему он хочет оценивать по количеству. Ведь неважно, какой длины статья, главное, чтобы она работала на цель. Он сказал, что я права, но считать по знакам удобнее. А то один просит десять тысяч, другой — двадцать, а третий — пять, как выбрать?

Считать может и удобнее, только на цели проекта обычно работа по знакам не работает. А чаще — вредит проекту, а компания еще и переплачивает. Я с такими ситуациями встречаюсь в работе.

Представим, есть служба доставки алкоголя. Ребята сделали крутой сайт с каталогом вина, нужны тексты про разные вины: вина такие, вина сякие, игристые, аргентинские, из шардоне, грузинские, испанские полусладкие. Они нанимают копирайтеров, те пишут тексты. Копирайтеры думают о том, что за 1000 знаков им заплатят 100 рублей или сколько-то еще. Даже если по теме сказать нечего, а гуглить лень, они пишут замысловатые фразы, чтобы дотянуть символы.

В тексте появляются интересные моменты:

  • «винный напиток» вместо вина. Это фактическая ошибка, вино нельзя называть винным напитком, совсем другой продукт;
  • «алкогольных напиток из винограда». Просто «вино» — невыгодное слово, в нем всего четыре символа;
  • «изысканный напиток с уникальными вкусовыми качествами». Опять в вине символов не хватило;
  • «Популярность красных сухих вин можно хорошо проиллюстрировать на примере всем известного напитка ***, в приготовлении которого тосканский сорт всегда играл большую роль». Это вино делают из тосканского сорта, больше ничего;
  • «Негроамаро — черный виноград, который растет в Саленто. Это каблук сапога Апеннинского полуострова — называется Негроамаро». Кажется, покупатель должен взять карту и искать полуостров. Только как это помогает выбрать вино?;
  • «аромат *** виноградных сортов обеспечивается присутствием особых летучих соединений, сконцентрированных в ягодной кожице и в прилегающих к ней слоях мякоти». Это анатомия винограда какая-то, но на кой черт это знать тому, кто хочет выбрать вино для ужина?
  • «чаще всего употребляют молодым». В слове «пьют» мало символов, но оно лучше. А что такое молодое вино: месяц, три или год?
  • «урожайность характеризуется как малая». Я хочу выбрать вино, зачем мне это?
  • «Тёплые зимы и отсутствие эпидемий мучнистой росы, т. е. филлоксеры, подарили этому сорту новую жизнь». Я, черт возьми, просто хочу вина. Какое выбрать?
  • «Испания, это настоящая колыбель виноделия». Можно выкинуть без потери смысла;
  • «Вина отличаются хорошей структурированность». А как выбрать-то?
  • «Органолептические свойства вина во многом зависят от характерных признаков сорта, используемого в производстве». Понятно.

Копирайтеры получили деньги. Руководитель проекта понимает, что тексты плохие, нанимает редактора или просит местного что-то с этим сделать. Редактор пытается, но не выходит. Некоторые тексты из пятиста знаков вдруг сокращаются до одного предложения, другие — надо полностью переписывать. Получается, компания заплатила копирайтерам, а теперь еще надо оплатить редактора или оторвать от более полезной работы того, кто уже работает в компании.

Я не могу отвечать за всех редакторов и авторов. Сужу по себе и тем, с кем общаюсь. Если редактор или автор работают не по знакам, они первым делом вникают в проект. Да, задают все эти вопросы: какая цель, кто аудитория, как поймем, что работа сделана хорошо и дальше по списку Горбунова. Так редактор или автор понимает, какие тексты нужны.

Компания говорит, что хочет помочь в выборе вина. Дескать, большинство людей в вине разбираются на уровне «красное—белое» или знают, что чилийское или новозеландское обычно не бывает плохим. Получается, тексты должны подсказать и помочь в выборе. Ну, это совсем другая задача.

Редактор сделает описание проекта с целями, пропишет требования к авторам и текстам. Потом найдет авторов, протестирует их на небольшом куске текста, отберет тех, кто пишет более-менее. Не обязательно нанимать сильных автором или пишущих сомелье и кавистов. Подойдут те, кто интересуется вином, неплохо пишет и не исчезает после первых правок. Редактор натаскает автора по тексту, ошибки сведет в редполитику. С ней не придется по десятому разу всё объяснять новым авторам. Факты по винам авторы будут проверять у экспертов, в сложных проектах без них никак. Это если у проекта есть цель.

Копирайтер за знаки подойдет, если нужны просто какие-то тексты, чтобы были, неважно какие. Правда, такие тексты тоже не навсегда. Конкуренты-то будут писать полезно и помогать клиентам. Так что дрянные тексты все равно придется переделывать и нанимать новых авторов, а значит — опять платить.

Я не пытаюсь сказать, что все копирайтеры плохие и плохо пишут. Я говорю, что сама модель оплаты настраивает на бездумную работу.

Мне кажется, для таких проектах лучше всего договариваться об оплате по частям. Понравился какой-то автор — разбейте работу и оплату на этапы. А лучше не работать с каждым автором отдельно, а нанять редактора. Пусть уж он сам потеет и решает, как платить, где найти, как учить. Да и редко бывает, чтобы с первого раза получился идеальный текст. В долгих проектах лучше научить нескольких авторов и работать с ними постоянно. И это тоже работа редактора.

12 августа   деньги   редактура

Не хвататься за результат. Кэмп в переговорах и верховой езде

Кэмп в своей книге про переговоры описал прием «глаза на мяч». Это значит, что во время переговоров не нужно держаться за результат. Если судорожно думаешь: «Я должен закрыть эту сделку, любой ценой, обязательно должен», — появляется нужда и пропадает эмпатия. Ты крутишь эту мысль, зацикливаешься на себе и заводишь переговоры в тупик. Нужно-то думать о пользе, держаться миссии, отслеживать свои эмоции и эмоции собеседника, вести переговоры к цели. Даже если в итоге сделку не заключил, не значит, что плохо вел переговоры, мало ли, что там могло повлиять. Про сделку я говорю для примера, это касается любых переговоров: помириться с мужем, устроиться на работу, уговорить шефа на пятый в году отпуск.

Но читать в книге это одно, думаешь: «Ну да, всё понятно, не думать о результате, ничего сложного. Просто не буду думать о результате». Ну а как сделать-то? Я, черт возьми, хочу всех победить, заключить сделку или получить уже этот отпуск. Как быть: повторять фразы для повышения самооценки или зарядку делать перед переговорами? В общем, у меня получалось не всегда, уж очень люблю вцепиться в результат.

Вчера на уроке верховой езды я почувствовала прием «глаза на мяч» через тело. У меня осознание ошибок и прозрения часто приходит через занятия с лошадьми, сама не знаю почему.

Тренер устроила мне конкурную тренировку — это, когда прыгаешь на лошади через препятствия. Я прыгала низкие крестовины, чтобы научится четко отдавать лошади повод в момент прыжка. Лошадь прыгает — я наклоняюсь и чуть вытягиваю руки, отдаю ей повод. Раньше во время прыжков я, наоборот, тянула повод на себя, мешала лошади, и она закидывалась и не хотела прыгать.

Сначала я прыгала препятствия отдельно, а потом тренер сделала маршрут по всем сразу. Она сказала: «Главное — не думай обо всех препятствиях сразу, только — об одном. Постоянно смотри в центр, не отпускай шенкеля. Только когда прыгнешь первое, начинай думать о втором». И это чертовски помогло.

Когда я думала обо всем маршруте сразу, я теряла фокус и размышляла: «Как же все их прыгнуть, а вдруг не прыгну, а ведь надо прыгнуть, они низкие и только позорище всё не прыгнет». Я думала о результате, о том, моменте, когда лошадь приземлится после последнего препятствия, но забывала высылать лошадь шенкелями, держать спину ровно, пропускала момент толчка и не отдавала повод. Лошадь или не прыгала, или закидывалась или отпрыгивала — приятного мало, можно вылететь из седла.

Когда стала думать только об одном препятствии, начало получаться. Я сосредоточилась, держала перед глазами середину крестовины, постоянно поддерживала в лошади импульс и четко отдавала повод при прыжке. Я чувствовала, как работает поясница и как держусь ногами, я отслеживала, когда лошадь уходила влево или вправо, чтобы свинтить с препятствия. Правда в конце я всё же совершила ошибку. Меня погубила гордость, что я так классно отпрыгала прошлые препятствия. Я перестала высылать лошадь шенкелями, пропал импульс. Ну а если я не особо хочу прыгать, лошадь тоже не будет. Так и получилось. Вот, всё в этом видео, в конце моя ошибка:

Я провалила последнее препятствие, но весь маршрут — нет. И цели добилась — почувствовала, что лошади легче прыгать, когда я не затягиваю повод.

Я не знаю, читала ли моя тренер Кэмпа, но она интуитивно знает о приеме «глаза на мяч». Тренер по-прежнему так выбирает для меня упражнения, что я сама через тело понимаю свои ошибки, думаю над ними, тренируюсь и исправляю. Посмотрим, поможет ли мне это в переговорах в жизни.

Зачем портнихе, электрику и редактору быть менеджерами

Наблюдаю за людьми в разных профессиях, и всё больше убеждаюсь, что если ты не менеджер, то так и останешься на уровне исполнителя с небольшими заказами. Да и денег много не заработаешь. Всё дело в том, что клиенту с исполнителем немеджером плохо, поэтому он будет придираться и писать расплывчатые замечания. И дело будет не в плохом тексте или плохо отшитом платье.

Когда исполнитель не менеджер, плохо и клиенту, и исполнителю

Я знаю одну портниху. Она круто шьет, и для нее нет невыполнимых задач: мужской двубортный костюм —пожалуйста, бальное платье с пятью подъюбниками — нет проблем. Она шьет по фотке из инстаграма и по выкройке из бурды. Шьет она классно, не отличишь магазинных вещей. Всё делает правильно, но одна проблема — менеджер она не очень.

Как-то новая клиентка принесла ей фотку платья и говорит: «Не могу, хочу такое». На фотке девушка с тонкой талией и пышной грудью в облегающем платье с юбкой-солнцем. Смотрится классно. Клиентка тоже симпатичная и худенькая, но фигура не такая, как на картинке. Да и редко такую фигуру встретишь, я бы такое платье на себя тоже не рискнула. Но клиентка захотела — портниха начинает шить.

Клиентка рисует в голове чудесную картину, как все неистово лайкают ее фотку в этом платье в инстаграме. Я точно не знаю, какая была картина, пусть это будет моя проекция. Но на примерке клиента увидела в зеркале, что платье сидит плохо, да еще и полнит ее. Портниха пообещала всё исправить ко второй примерке, но не получилось. Клиентка винит портниху, портниха про себя винит клиентку, дескать, не видела она что ли, что платье ей не подойдет. Клиентка платит, уносит платье, которое никогда не наденет. Она эту портниху никому уже не посоветует.

Будь портниха менеджером, она поступила бы иначе. Она не бросилась бы шить, а разобралась в задаче. Она начала бы с вопросов, куда клиентка будет ходить в этом платье и чем оно ей нравится. Портниха честно сказала бы про опасения, продумала риски и заранее предложила варианты:

«Я могу сшить точно такое платье, но, скажу честно, модель опасная, не всем идет. Ко мне клиентки приходили с фотками похожих платьев, а потом расстраивались, что платье сидит хуже, чем на фотках. В этом магазине фоткают девушек в идеальных ракурсах, а в жизни — платье выглядит иначе. Лучше давай сделаем так и так, а вот здесь так. Я уже так шила платье, клиентка осталась довольна и сказала, что вышло даже лучше, чем на фотке. Смотри, вот фотка. Что скажешь?».

Скорее всего клиентка согласилась бы на новый вариант, получила отличное платье и еще долго тревожила подруг фотками в инстаграме. Портниха с таким подходом стала бы брать более дорогие заказы. Она была бы не просто исполнителем, а модельером. А так в глазах клиентки портниха шьет так себе. Не будет же клиентка разбираться, что шов хороший, а виновата ее фигура. Нет, конечно, просто подумает, что портниха так себе.

Что делает менеджер

Я считаю, что менеджер  — это не профессия, а стиль и подход к жизни, образ мышления. Для меня менеджер — тот, кто работает на настоящую цель клиента, управляет процессом и решает проблемы. Для меня тут самое главное — работает на настоящую цель клиента. Называют это по-разному: «вылечить боль», «исполнить мечту» или «сработать так, чтобы клиента похвалил начальник», а смысл один.

Первый шаг в любой работе — разобраться с этой настоящей целью. Когда ко мне приходит клиент и говорит: «Хочу срочно пять статей. Надо через неделю, заплачу, сколько скажете», — я не бросаюсь писать статьи, а сразу спрашиваю: «Зачем?». Если продукт клиента, его компания или он сам мне чем-то понравились, я начинаю докапываться до его боли и цели, даже если не собираюсь брать заказ. Правда сразу предупреждаю, что не возьмусь. Я искренне не хочу, чтобы другой редактор взял с него деньги и сделал фигню, и объясняю клиенту, почему задаю вопросы и что меня беспокоит в его задаче. Мне важно, чтобы клиент сам понял, какая у него цель.

Чаще всего оказывается, что клиент и сам не понимает, почему ему нужны статьи, а не реклама вконтакте. А, может, нужны статьи, но не такие или не пять, а две. Даже если я не беру заказ, клиент уходит с пониманием, что ему нужно. Мне не жалко сделать это бесплатно. Ну и пусть он уйдет к другому редактору, я-то всё равно не могу взять.

Мне не нужны клиенты, которым я сделаю фигню ради денег, а потом мы неловко разойдемся с опущенными глазами. Он получил не то, что хотел, а я не смогу положить эту работу в портфолио, потому что она заведомо неудачная. Клиент будет считать меня плохим редактором, даже если я напишу идеальный текст. Да и текст ему этот не понравится, всегда будет что-то не то и не так. Но объяснить, что не так, клиент не сможет. А всё просто — мой текст не работает на его цель, и клиент это чувствует.

А что если клиент сбежит

Слышала мнение, дескать, вот, начну задавать вопросы и разбираться, и клиент уйдет к другому редактору, тому, кто не будет мучить вопросами, а просто сделает. Нет, не уйдет. Честность и желание разбираться подкупает. Представьте, кто-то просто так тратит время, чтобы помочь. Только делать это надо искренне, а не потому что прочитали в умной книге или у меня в блоге. Мне действительно интересны задачи, в которых я разбираюсь, я хочу помочь. А если не хочется, я просто отказываюсь и всё.

Если клиент не хочет отвечать на вопросы, не идет на контакт или гнет свою линию, я с таким не работаю. Я не пытаюсь изменить его мир или переделать. Мне это не за чем. Я работаю так и не работаю иначе. Поэтому я просто отказываюсь, и в этом нет ничего страшного. Будут другие клиенты и проекты, зачем делать работу кое-как. А любая работа, которая не работает на цели, это работа кое-как.

А еще, я верю, что быть менеджером нужно почти в любой профессии. Вот возьмем электрика. Он может бездумно натыкать розетки, куда укажет клиент. Но хорошие электрики спрашивают о будущей планировке и рекомендуют, как удобно расположить розетки, чтобы человек смог смотреть сериалы с ноутбука в постели или заряжать телефон и переписывать в чатах с утра. Может, только сантехникам и грузчикам можно быть просто исполнителями, я не придумала.

Не висеть на поводе

В верховой езде я периодически допускают одну и ту же ошибку — повисаю на поводе. Из-за этого я упала с лошади и уже два месяца не могу полностью вытянуть руку. Мне было ужасно обидно, что я упала, ведь я десять лет в седле, и конь был спокойным. Я занудствовала сама с собой и анализировала ситуацию. Оказалось, что я совершаю такую же ошибку в жизни и работе, и от этого тоже сплошные неприятности. Теперь я учусь «бросать повод» в седле, и в жизни. Может, у кого-то тоже откликнется.

Лошадью нужно управлять внимательно, но мягко и без напряжения. Нужно быть готовым, что откуда-нибудь выпорхнет птичка, а лошадь отпрыгнет, но зажиматься и напрягаться вредно. Лошадь чувствует напряжение, нервничает или пытается избавиться от ненужного давления. Бывает, едешь в поле, откуда-нибудь выныривает квадроцикл, и если сам не испугался, то и лошадь спокойнее реагирует. Да и повод нужен, чтобы контролировать лошадь и корректировать ее, а не постоянно тянуть. Даже останавливают лошадь не поводом, а всем корпусом: наклоняются назад, сжимают бока ногами и чуть натягивают повод.

Скачу в поле, не напрягаюсь

Когда лошадь перестает слушаться, ускоряется без команды, мой первый рефлекс — повиснуть по поводе: наклониться вперед, натянуть повод и зажать лошадь. Кажется, что если натянешь повод сильнее, лошадь остановится. Но на деле она, наоборот, ускорится. Лошадь пытается перетянуть и, конечно, у нее получается, она сильнее. Я становлюсь сжатым комком, мне страшно, я сильнее тяну повод и теряю контроль. Лошади неприятно, она пытается освободиться от давления, мотает головой и набирает темп. Хорошо, если лошадь воспитанная, другие могут сбросить или высадить об дерево.

Вот тут сижу плохо, зажата. Меня не оправдывает даже то, что я еду без седла

Самое интересно, что когда лошадь начинает ускоряться, иногда достаточно отдать лошади повод, ослабить его. Чаще всего она успокаивается и идет ровно. Такое же правило работает и во время прыжков через препятствия: если натягиваешь повод и держишь его мертвой хваткой, лошадь закидывается над препятствием, разносит. Когда лошадь внезапно на всем скаку тормозит перед препятствием, легко вылететь из седла. Если направить лошадь на препятствие настойчиво, но во время прыжка отдать ей повод — всё получится идеально.

Слишком затянула повод

Я поняла, что в жизни делаю то же самое. Когда расслаблена, «глаза на мяч» и просто работаю, все получается. А потом переклинивает, перестает получаться или устаю, и начинаю давить на ситуацию, вся сжимаюсь, ругаю себя, что плохо всё делаю. Комок неудач становится больше: ругаю — перестаю успевать — опять ругаю. Всё заканчивается изнеможением и падением в отчаяние. Мне кажется, что всё плохо и ничего не выходит, а надо просто «отпустить повод», увидеть, что пора отдохнуть или вообще не тратить силы на то, что не получается, или пересмотреть подход.

Моя тренер по верховой езде взялась за меня, и теперь мы учимся бросать повод. Она придумывает такие, чтобы я не могла повиснуть на поводе, даже если сильно захочу: ездим без рук, на корде без повода и седла, с одной рукой. Перед прыжками мы учимся на каждый шаг отдавать повод лошади, чтобы тело запомнило движение и потом в нужный момент его повторило.

Верховая езда и эти упражнения помогают мне и в жизни. Я учусь чувствовать напряженность в теле, а потом ловлю его. Вот на этой неделе я успела сделать всё, что запланировала, потому что перестала «висеть на поводе», отказалась от неприоритетных задач (спасибо Люде), делала всё, что в моих силах, и давала себе время отдохнуть. И главное — не ругала, когда не выходит.

А еще, как только замечаю расслабленных, но крутых людей, начинаю их пытать и спрашивать, как у них так выходит. Это мне мало помогает, ведь они и сами не знают, но отучиться никак не могу.

А эта фотка просто так, потому что мы тут классные и расслабленные

Конечно, не стоит совсем бросать повод на молодой лошади или если лошадь уносит в поле. Я пишу в блоге про хорошо обученных лошадей.

Делай как крутой

Это еще один принцип, по которому я живу и который для меня работает. Он пришел из вождения машины. У меня странно выходит, что правила жизни вырастают не там, где должны: то из верховой езды прут, то откуда-то еще. Уже смирилась.

Так вот. Лет десять назад я получила права, но выезжать в город боялась. У меня даже машина была — синий хюндай гетц с желтым знаком новичка на заднем стекле. И мне казалось, что я должна где-то научиться круто ездить и только потом поехать в город. В итоге панически боялась руля.

Один молодой человек взялся за меня и прежде всего сказал: «Понимаешь, ты не должна ждать, что однажды станешь крутой. Начинай ездить так, будто ты уже крутая. И, ради бога, сними этот желтый знак, он тебя позорит». Потом он разъяснил, что надо просто брать и ехать, будто так и надо. Пусть медленно, мало ли какие у меня причины. Ладно, правой полосе — может я не тороплюсь, просто катаюсь. На утро желтый знак таинственно исчез с моей машины.

И стала ездить. Сначала выезжала поздним вечером и просто каталась по городу. Я запоминала маршруты, чтобы потом, когда буду уже совсем как крутая, быстро объезжать пробки. Потом стала выезжать в город и специально напрашивалась на пробки. Я ездила только правыми поворотами, как учат новичков. Не надо мне легкой жизни: надо повернуть — поверну, надо развернуться — развернусь. Узкое место для параллельной парковки — ну что делать. Пусть всё делала коряво и боялась, но каждый день я ездила чуть лучше.

Я частенько попадала в ситуации, когда вдруг глохла или не могла проехать. Оказалось, что так случается у всех, даже у матерых мужиков, которые двадцать лет за рулем. Не все сразу могут припарковать параллельной парковкой или проехать в узком месте. Кажется, года не прошло, как я первый раз поехала в Москву. Я боялась, честно, потому что это же вон где — Москва, а я кто. Руки дрожали, но что делать — поехала. Опять по тому же принципу — ехала так хорошо, как могла. Теперь мне даже кажется, что в Москве ездить легче, чем в Туле. Правда, порядка больше, разметка везде, больше пропускают.

Теперь не боюсь никаких городов, полей или лесов. Но это не отменяет, как и все, попадаю в аварии, глупые ситуации или кто-то показывает мне фак из соседней машины.

Так же у меня во всём, особенно в работе. Я не считаю, что надо ждать, чтобы что-то начать делать. Год назад решила, что стану редактором. Я поняла, что раз таланта у меня нет, придется много фигачить. Я не хотела ждать, что когда-то там доучусь в Школе редакторов и тогда уже могу явить себя миру. Нет, где мне столько времени взять. Я страстно хотела быть редактором и фигачила прямо в процессе. Смотрела, что делают другие, повторяла. Каждый день, видела, как плохо писала вчера. Но я все делала настолько, насколько могла. Новый проект — ок, возьмусь. Никогда такого не делала — ну ладно, разберусь. Не получится, опозорюсь — да, буду переживать, но вдруг получится.

Конечно, мой метод так себе и у него много слабых мест. Кто-то покажет одну сильную работу, у меня будет три слабых, две средних, одна какая-нибудь еще. Я делаю много ошибок, переписываю, переделываю. Помню, как переписывала раз десять анонс к рассылке из нескольких предложений. Тогда я уже прошла большую часть Школы и думала: «Черт возьми, какой же я редактор-то». Посидела, поразочаровывалась в себе и посомневалась, и начала заново. При моем подходе попадаешь на критику. Но я спокойно принимаю, когда меня критикуют крутые люди из моей области. Даже прошу их об этом и рада, хотя и расстраиваюсь сначала. (А от всех остальных меня прямо трясет)

Я к тому, что можно сидеть до бесконечно и ждать, пока станешь крутым. Стыдно же, кругом все такие молодцы, а ты выйдешь такой никчемный. Ну да, неприятно. Но ведь большие гантели тоже не сразу тягают, сначала с маленьких или вообще голую штангу берут. Так же и тут.

А еще, для себя это крутости ты никогда не достигнешь. Я каждый день смотрю на то, что делала вчера и думаю: «Боже мой, ужас». Ну и что, наделаю ошибок, зато научусь, прокачаюсь, узнаю как, сделаю. Но не хочу однажды достичь какой-то там планки и остановиться. Не-не.

Это я, воображаю, что крутая

Настойчиво, но без напряжения. Сильно, но мягко

Сейчас опять начну про то, как переношу открытия в верховой езде в жизнь. В верховой езде полно противоречий. Вот, например как надо сидеть в седле — это расправленные плечи, мягкая поясница, сильные ноги и пятка вниз. По первой даже и не понимаешь, как так, расправить плечи, поясницу расслабить, а ногами держаться. Потом доходит. Со стороны хорошая посадка расслабленная, непринужденная, но при этом ты будто прилипаешь к седлу, вот так сильно держишься ногами.

В седле нужно сидеть крепко, но без напряжения. Повод надо держать мягко, но давать команды отчетливо и сильно. Не нужно зажиматься, наклоняться вперед — так только мешаешь лошади. Наоборот, надо быть расслабленным, но постоянно отслеживать, что происходит с лошадью и вокруг. Ты не ждешь постоянно подвох, но знаешь, что он может случиться. От этого не плохо, ты просто знаешь и знаешь, что будешь делать. Кастанедовский Дон Хуан тут что-то бы буркнул про точку сборки, да, примерно то самое.

Когда я недавно упала с лошади я совершила все возможные ошибки. Я села на молодого жеребца, и когда он без моего ведома пошел, я не проявила настойчивость и не остановила его, а прошляпила и на ходу меняла стремена. Он побежал. Вместо того, чтобы собраться, сжать его ногами, отклониться назад и начать его поворачивать на небольшой круг, я испугалась, наклонилась вперед, зажала повод, и ему стало бежать еще проще. Я испугалась, что он ускоряется и выскочила из седла. При этом я прекрасно умею ездит без стремян и знаю все эти правила. Но я вся сжалась и упала.

Три недели после тренер меня восстанавливала. Она увидела мою ошибку и стала подбирать упражнения на расслабление. Не в какие поля я не ездила, она сажала меня без седла, брала лошадь на корду и гоняла. Сегодня я сначала даже без рук ездила — училась расслабляться. Без седла и стремян, без повода ты можешь ехать только правильно. Только и остается, что сидеть как влитой и держаться ногами. А тело само собой отклоняется назад, так удобнее.

И в жизни то же самое. Когда я настойчивая, но в тоже время мягкая, у меня все получается быстрее и проще. Я ловлю поток и двигаюсь в нем, подгребая. Даже если много работаю, меньше устаю и полна сил. Я знаю, какие могут быть трудности и готова к ним, но они для меня не катастрофа, они не вызывают сопротивление. Сегодня после тренировки на плацу я поехала отрабатывать расслабление и настойчивость в поля. И был момент, когда я поймала это. Осталось проанализировать и закрепить. Так-то.

Ctrl + ↓ Ранее